






В середине восьмидесятых годов, когда спортивный туризм лишь набирал обороты, на борту роскошного лайнера SS Norway развернулась неожиданная баскетбольная сцена. Пассажиры Norwegian Cruise Line, настроенные на безмятежный отдых, вдруг увидели перед собой молодого Майкла Джордана в синем комплекте Nike — и безошибочно распознали в нем восходящую звезду НБА.
Организаторы рейса предлагали гостям разнообразные активности, а особым украшением программы Norway Sports Program — Cruise Staff Fit with Fun стал импровизированный матч с участием действующих профи. Документов о том, кто именно пригласил Джордана, почти не сохранилось: одни источники склонны считать это совместной акцией лиги и Nike, другие — частью маркетингового проекта самой круизной компании. Не исключается и благотворительный подтекст, ведь будущий лидер «Буллз» неоднократно поддерживал подобные инициативы.
Спустя годы о правдивости этой истории спорили до тех пор, пока в архиве не всплыла серия рекламных снимков: на них Джордан позирует на палубе все в той же синей форме. Кадры окончательно подтвердили давний рассказ и в очередной раз продемонстрировали его железное правило — относиться к любой игре, пусть даже на палубе, так, будто это финал плей-офф.
То же профессиональное упорство проявилось и летом 1988 года, когда Джордан принял приглашение Мэджика Джонсона на благотворительный турнир A Midsummer Night’s Magic. Вечерний прием соседствовал с ярким баскетбольным шоу, а все вырученные средства предназначались студентам, нуждающимся в поддержке.
Даже в выставочном формате звезда «Чикаго» не позволил себе расслабиться: за один матч он набрал пятьдесят четыре очка, реализовал двадцать четыре броска с игры, добавил семь подборов, пять передач, три перехвата и три блок-шота. Мэджик завершил вечер редким трипл-даблом (девятнадцать очков, шестнадцать подборов, пятнадцать передач), Кики Вандевеге записал на счет двадцать пять, а Реджи Миллер с Клиффом Левингстоном остановились на двадцати двух.
С другой стороны площадки блистал Доминик Уилкинс, оформивший сорок шесть очков, в то время как Марк Агуайр, Рон Харпер и Клайд Дрекслер добавили тридцать семь, тридцать три и двадцать девять соответственно. Защитные схемы практически отсутствовали, поэтому счет рос стремительно — именно зрелищность и свободный темп сделали встречу незабываемой.
Развязка получилась кинематографической. За десять секунд до сирены Джордан нашел под кольцом Вандевеге — табло показало двести — сто девяносто девять. Доминик тут же ответил точным броском, вернув минимальное преимущество. Затем Джордан хладнокровно реализовал два штрафных, однако за две секунды до конца Дрекслер с разворота перевернул все окончательно — двести три — двести два.
Хотя формально это была всего лишь выставочная встреча, поражение вновь обострило внутреннюю мотивацию Майкла. Четыре года спустя, в финале НБА 1992 года, «Чикаго Буллз» под его руководством встретили «Портленд Трэйл Блэйзерс» Дрекслера, и тогда Джордан взял убедительный реванш, доминировав и в серии, и в личном противостоянии.
От палубы океанского лайнера до главных арен лиги его сопровождал один и тот же принцип: каждое соперничество — это вызов, проигрывать в котором он отказывался даже мыслить. Поэтому игровой вечер, спрятанный в круизной хронике, стал еще одним доказательством того, что профессионализм для него не зависел ни от места, ни от статуса матча.